Альфа: Одуванчик Полевой

Бета: Microsoft Word

Пейринг: Том/Билл, Георг, Марк/Энди, Густ, Шай/Минная и второстепенные.

Жанр: легкий Angst, Romance, Drama.

Категория: slash, POW, OC

Рейтинг: PG-13

Размер:МИДИ

Предупреждения: Твинцест. Нецензурная лексика. Гомосексуализм. Everyone Is Gay

Статус: ЗАКОНЧЕН

Самари: Проживая свою жизнь, мы часто не замечаем, как в это время вокруг творится что-то необъяснимое, недосягаемое. И только повзрослев, вдруг понимаем, что жизнь могла бы пройти иначе...

Слово от автора: Без комментариев.

Дисклеймер: Отказываюсь от всех прав на использованных персонажей. Все имена подставные, лица не вяжутся с реальными людьми и т.д.

Часть 1. Начало.
Глава 1.

POW Том

- Томми, ущипни меня, нам сегодня тринадцать! - Билл радостно залетел в мою комнату и, пища, как мышь в мышеловке, начал скакать по всей комнате. Я сонно посмотрел на часы старенького будильника, стрелки которого успели дойти только до отметки «7:00».
- Билл, какого черта? - и, зарывшись в одеяло как можно глубже, я всем своим недовольным видом высказал незаконченную мысль: «Спать!!!».
- Томми, ну давай же, ну вста-ваай... - маленький паршивец начал петь слово «вставай», не забывая при этом меня попинывать в бок. Такой наглости я не видел с нашего прошлого дня рождения, то есть ровно год назад, когда он начал царапать мне пятки, чтобы я проснулся.
Фыркнув, Билл возвестил:
- Ты ведь всё равно больше не заснешь. А я, между прочим, приготовил тебе завтрак, - и, гордо вздернув носик, мой младший брат поспешил исчезнуть за дверью.
Вот ведь говнюк! Знает, что если меня с утра пораньше разбудить, то больше не усну. Надо сегодня его подонимать. О, школа! Отличное место, тем более с моей бешеной компанией. Усмехнувшись в предвкушении «подарочка» моему ненавистному родственнику, я поспешил в ванную.
Как и предполагалось, завтрака на столе не было. Видимо, один гордяк успел его съесть, пока я одевался, потому, как в воздухе ещё витал сладкий запах вафель и смородинового чая. Грустно облизнувшись, я поспешно вышел из дома и побежал к остановке, где, как обычно, меня вот уже пять минут ждал автобус. Ввалившись туда в совершенно расстроенных чувствах, я с размаху плюхнулся на сиденье сзади, и принялся осматривать аудиторию.

Заметил Миннаю, девочку на два года старше нас, и улыбнулся ей. Она незаметно улыбнулась в ответ и продолжила разговаривать со своим ухажером и главарем школьной банды, где я был далеко не новичком. Шай (отвратный тип, но в этом году он уходит из школы) тоже повернулся в мою сторону и, гадко хмыкнув, крикнул через весь автобус:
- С днем рождения, братуха! - на это я лишь кивнул (отвечать совсем не хотелось), и продолжил обводить взглядом остальные сидения. Вся моя компания здесь: вон, недалеко от голубков сидят Жора с Густом и о чем-то увлеченно спорят.
На правом ряду, прямо посередине автобуса, сидит Марк и пожирает взглядом моего брата, который, уткнувшись в окно, похоже, совершенно этого не замечает. А через два сидения по диагонали сидит Энди и мечтательно оглядывает самого Марка. Прямо любовный треугольник какой-то у них! Уверен, непросто там всё будет годика через два... развели тут гомосятину. Ужас, знал бы наш водитель, что сейчас толпа геев роится у него в авто... наверное, всех бы перестрелял. Или нет, он По-любому псих, наверное, заставит их выполнять его желания... что за чушь я думаю?! Так, надо быть поосторожней с мыслями. А то развел в голове дерьмо.
Таким настроем сегодня, похоже, блистал не только я. Всю линейку Билл вертелся и маялся, потом, как обычно, его пихнул Шай и Билл упал вперед, громко чертыхнувшись. Естественно, что торжество было сорвано, а брата повели к директору. Хорошо начался день, ничего не скажешь!
Как только линейка закончила место быть, я, незаметно вытащив Билла из общей кучи школьников, быстро спрятался за маленький сарай на территории школы, чтобы не привлекать внимание толпы. Билл потирал плечо и сопел. Я посмотрел на брата и спросил, совершенно искренне:
- Что, тоже день рождения наперекосяк идет? - Билл обиженно кивнул. Мне стало жалко такого милого ребенка, который сейчас стоял, покусывая губы и шмыгая носом. Я протянул к нему руки и прижал к себе. Билл рвано вздохнул и прошептал:
- Том, почему у нас не может быть нормального праздника?
- Может, просто нужно, чтобы праздник был желанным - я посмотрел ему в глаза. Карие, спокойные, глубокие,... а мои? Мои совсем не такие. Вспыхивают огнем, какая-то необъятная ярость горит на дне. В такие глаза я бы не пожелал смотреть никому.
- Может быть и так... - Билль легонько помахал перед моим лицом рукой.
- Что? - я отрешенно поглядел на руку, потом на брата.
- Том, пойдем домой¸ мама торт купила, с утра.
Я кивнул:
- Ладно, только дай с друзьями поздороваюсь, подожди меня возле школы, я сейчас приду. - Билл тяжело вздохнул, и, пробурчав, что «Они» не друзья, а придурки, ушел.

Как раз прозвенел звонок с классного часа. Дети выходили довольно, как будто директор решил подорвать школу и прихватить с собой Бабайку (завуча). Оглядев толпу расходящихся школьников, я заметил свою сумасшедшую компанию. Жора рассудительно домогался до Энди, при этом очевидно затрахав этим Марка. Густав, как единственный нормальный человек, стоял и с самым пофигистическим видом и наблюдал с легким отвращением за своими друзьями. Я бодро подошел и, подмигнув незаметно Миннае, воскликнул
- Вот и я! Вы не ждали, мы приперлися! - Компания тут же встрепенулась. Густ весело поприветствовал меня и поздравил с днем рождения. От Георга послышалось лишь невнятное «С вылуплением!», а Марк торжественно пожелал мне терпения с нашими трудными во всех пониманиях идиотами. Я слегка улыбнулся, потому что остался только Энди. Застенчиво опустив глаза, он протянул мне двойную коробку. Одна сторона её была в желтой обертке, другая - в красной. Андре пролепетал:
- Желтая - тебе, а красная - Биллу - и, улыбнувшись, сказал, на этот раз без сильного стеснения:
- Да, Томми, с днем рождения! И пусть никогда не угасает блеск в твоих карих глазах. - Меня растрогало его поздравление. Именно поэтому в нашей компании был Энди. Этот маленький, беленький мальчик с голубыми, словно ясное небо, глазами, сводил с ума своей инфантильностью и скромностью. Добрый нрав и нежное сердце щемили мне душу, но, чего говорить, это был также лучший друг Бильхена, поэтому мы часто ругались с братом по поводу мальчика.
Я посмотрел на Шая. Его взгляд не сулил ничего хорошего, а вечная гаденькая усмешка всегда предостерегала. Я проследил за объектом наблюдения нашего главаря - Билл. Что-то нехорошо встрепенулось внутри меня. Шай небрежно послал Миннаю погулять и неспешной развалочкой направился к брату. Мы с друзьями поспешили за ним. Шай лениво повел рукой, так, чтобы образовался круг, внутри которого были лишь Билл и он.
Шайсе (я звал его так, когда он делал какую-нибудь очередную гадость) быстро оглядел Билла. Он успел измениться за это лето, так же, как и я. Лицо стало более выразительным, глаза были густо накрашены, новенький пирсинг в брови поблескивал на солнце. Крашенные в черный отросшие волосы едва заметно перебирал ветерок. Да, красиво. Но не пополнел мой Билл ни на грамм. Именно этот факт, похоже, и интересовал Шайсе. Он лукаво поглядел на меня и сказал:
- Том, помнишь, ты как-то перед каникулами говорил, что всё, что ты не скажешь, выполнит для тебя твой братец? - Билл возмущенно поглядел на меня. Я виновато кашлянул, но оттого, что было сказано так, к месту, теперь не отвертеться:
- Ну, помню. А что?
- Тогда попроси его поцеловать меня. - Всё моё нутро тут же, совершенно внезапно заполнила дикая ярость. Густ, который стоял около меня, содрогнулся и слегка отодвинулся. Я с каменным лицом вошел в круг и, посмотря на Билла, четко, но тихо и сухо, как рассекает воздух молния, за которой последует жуткий гром, произнес, чеканя каждый слог:
-Билли, не мог бы ты позволить себе поцеловать Шая? - Билл, хитро усмехнувшись уголками губ, медленно подошел к чересчур самоуверенному самоубийце (по мнению всех остальных в компании), и, нежно коснувшись его щеки, прошептал:
-Давай, чего ты ждешь? - и Шай потянулся за поцелуем.
Секунда, и хладнокровный, сильный удар откинул одиннадцатиклассника из круга. Нокаут. Чистый нокаут. Я подошел и, презрительно поглядев на нашего главного, прошипел сквозь зубы:
- Если тебе ещё раз захочется выкрасть у моего, повторю, МОЕГО Билла, придется готовить себе перед этим местечко на кладбище. Ты меня понял? - я «ласково» пнул его. Тут к нам подбежала бледная Минная. Увидев своего бездыханного любовника, она нахмурилась и села перед ним на колени. Ребята молча посмотрели на нас и расступились. Билл спокойно прошествовал в свободное пространство, не забыв послать воздушный поцелуй в сторону Энди, отчего тот побагровел и опустил глаза в землю. Я усмехнулся и, кивнув своим на прощание, пошел за своим гордяком.

Мы молча шли по улице. Билл улыбался во все свои челюсти, я же просто наблюдал, как он счастливо пинает ворохи желтых листьев, шлепает по каждой лужице и подставляет свое лицо ветру. Наверное, стоил тот случай всего нашего дня рождения. И это было здорово. Меня несколько смущала такая яростная реакция на то, как к Биллу пристают кто-нибудь, очень похожие на «Шайсе». Это было очень занимательно, вспоминать, как тринадцатилетний пацаненок ставит в нокаут совершеннолетнего качка, когда тот пытается поцеловать брата мелкого. Но всё ничего, если бы не то, что в такие моменты я могу убить кого-нибудь. Меня просто затуманивает, когда вижу замусоленный рот, который пытается осквернить такие нежные, чувственные губы брата... господи, опять думаю о чем-то не том. Просто губы. Брата. Вот блин, нет, вот приду домой, там мама и торт творожный. Да, вот так-то лучше.... Вывел меня из размышлений брат, который начал копаться в своей сумке, которую вечно таскал с собой. Гремя ключами, он вошел в полутемный коридор и, наскоро сняв кеды, поспешил на кухню. Я чертыхнулся, когда запнулся о Скотти, нашу собаку, которая жила с нами с самого переезда в Лейпциг. Она недовольно заворчала, а я, подгоняемый мыслями о вкусном торте, который томился в холодильнике, тоже направился на кухню. Билл сидел прямо в темноте и, не удостоившись отрезать кусок или хотя бы взять ложку, ел пальцем, постоянно облизываясь. Я возмущенно выдохнул и прошептал:
- Ты хоть руки мыл, свинтус? - он лишь смачно причмокнул и взял ещё творожного крема себе на палец. Я нетерпеливо помыл руки и быстро, пока братик не опомнился, схватил торт и побежал к нам, торжествуя. Но Билл нагнал меня прямо перед лестницей, поэтому мы ввалились в спальню вместе. Смеясь, мы сели на кровать с ногами напротив друг друга и начали просто отвратительно быстро объедать прекрасный тортик, который теперь представлял собой месиво из крема и нежного, всего одного коржа в самом низу. Билл в очередной раз запустил палец в крем и как-то чересчур эротично облизал его, причмокнув. Это действо взбудоражило во мне какой-то странный вздох. Билль слегка удивленно посмотрел на меня, но в темноте разве что-нибудь разглядишь?
Когда с бедным тортом было покончено, я лег на кровать, стянув кепку и футболку. Билл же, не в пример мне, стянул штаны и носки, но так же лег на нашу постель. Немного подумав о прошедшем дне, я вдруг вспомнил о подарке Энди, который лежал в кармане моих штанов. Я выудил коробочку из чересчур широких джинс и прошептал в темноту:
- Билли, а нам Андре подарок подарил. Он вот в этой коробке. - Билл с интересом приподнялся на локтях:
- Так чего ты ждешь? Открой уже какую-нибудь сторону! - я посмотрел на сторону Билла и аккуратно развернул её. Внутри оказался прекрасный серебристый кулон с черной половинкой солнца на правую сторону. Билл восхищенно вздохнул и тут же попросил меня помочь одеть его. Я улыбнулся. Энди знает, что надо дарить. Немного помучавшись с неожиданно сложным замочком, я развернул свою сторону. Внутри оказался позолоченный кулон, с таким же солнышком, только на левую сторону и канареечно-желтого цвета. Билл захихикал и прошептал:
- Это чтобы нас не обижать. А цвет у тебя всё равно лучше, - мы потом ещё немного поболтали, и я в совершенно счастливом настроении провалился в глубокий, но полный приятных вещей, сон...

Глава 2.

Спустя два месяца...

POW Билл

Я сидел на полу перед камином гостиной в целой горе книг и учебников. Не подумайте, что я ботаник или что-то такое, нет. Просто на носу были подготовительные экзамены за первый семестр, и я пробегался по каждому предмету полностью. А Том, похоже, опять пинает балду. Дело в том, что он ушел ещё с утра, и даже сейчас, в восемь вечера, не собирается вернуться домой, я так думаю.

Через час...

Так, я уже прошелся по немецкому и географии, а этого обалдуя всё ещё нет. Благо, что мама уехала на выставку и будет дома только завтра в пять утра. Я было уже хотел пойти спать и, в урок братцу, оставить его ночевать под дверью, но услышал, как ворочается ключ в замке, и быстро, не соизволяя даже встать, на четвереньках дополз до коридора и с любопытством выглянул. Том сидел, облокотившись на дверь с каким-то очень жизнерадостным видом, как будто Минная согласилась стать его невестой. Я тихо хихикнул, выдавая свое присутствие. Близнец глянул на меня. Как странно у него блестят глаза, а уж про щеки, налитые румянцем, я вообще молчу. Я сел на колени, подобрав ноги под себя, и, склонив голову на бок, слегка нахмурился.
-Том, что это с тобой? - на что брат неожиданно быстро подполз ко мне, и я сел на пятую точку, иначе мы бы просто были нос к носу.
- Билл - выдохнул он через силу, уткнувшись мне лицом в колени.
«Стоп, что за запах» - пронеслось в мыслях. Алкоголь? Том напился?! Тринадцать лет только недавно прогремело, а он набухался, как свин! И... и (П./а: и меня не позвал, козёл! ХД)... нет слов. Я чертыхнулся и прошипел с легкой злобой:
- Говнюк, ты что творишь? А если бы мама раньше вернулась? Быстро пошли. Уложу спать, а завтра ноги, чтобы мне за свой поступок целовал.
- Я и сейчас могу - как-то чересчур заигрывающе улыбнулся близнец. Я сглотнул и, молниеносно вскочив, начал поднимать Тома. Дошли мы до нашей комнаты довольно скоро, если учесть, как сильно я устал и насколько опьянел брат.
Я упал на кровать и прикрыл глаза. Думаю, у Тома хватит мозгов самому лечь на кровать. А если не хватит, то можно просто допинать его до постели.
Я увидел, как выключился свет, и тут почувствовал, как Том (некому больше) нежно зацеловывает мне ноги выше колен. По телу пробежала волна из мурашек удовольствия. Я привстал на локтях, немного шокировано наблюдая за близнецом. А тот поднимался всё выше, и я, вконец смутившись, аккуратно выбрался из его ласковых поцелуев. Наверное, ничто в этой жизни меня так ни смущало, как этот вечер. Том подтянулся и навис надо мной. Черт, какой он, интересно, пил алкоголь, что так вкусно пахнет? Я слегка затаил дыхание и прошептал:
- Том, ну что вот ты творишь? Завтра себя будешь винить, я знаю - на что он ответил, поблескивая своими карими глазами:
- Ну, так это будет завтра... - через секунду меня охватила волна полного смятения. Он целовал. Целовал мои губы. Мой первый поцелуй свершается в моей комнате, под покровом темного вечера с моим близнецом? Ох, в глубине души я и мечтать, о таком не смел. Но у меня разум всегда перевешивал сердце, поэтому, насладившись вдоволь этим, как сказать, «ответом по инерции», я уперся ему руками в грудь. Том оторвался. О нет, это невыносимо. Я хочу ещё, хочу большего. Мой брат превратил меня в утвержденного гея. И меня это вполне устраивает. Я судорожно вцепился в плечи близнеца и, рвано вздохнув, прошептал, как мне показалось, с легким разочарованием:
- Том, перестань, пожалуйста. Давай спать - брат внимательно посмотрел в мои глаза, и, словно отыскав в них что-то, кивнул и повалился рядом.
Я быстро стянул с себя футболку, посоветовав легким бормотаньем сделать то же самое. Через несколько минут мы нормально улеглись, а меня гложела мысль о том, вспомнит ли мой близнец хоть что-нибудь из случившегося, и при каких обстоятельствах оно, в принципе, произошло. Почувствовал, как Том нежно гладит меня по животу. Нет, он обязан не вспоминать об этом случае, никогда! Я блаженно закрыл глаза, пытаясь совладать с собой и не попросить что-то ещё, что-нибудь, приносящее такое же удовольствие, как и всё то, что он делал в этот прекрасный вечер. Я придвинулся к Тому и прижался к нему спиной, ощущая, как по телу разливается сладкое чувство счастья. Как общаться с этой минуты с близнецом, который в совершенно трезвом рассудке проснется утром? Для меня это был вопрос риторический, вопрос, на который я совершенно точно не знал ответа. Легче было бы посчитать все звезды в небе, или найти иголку в океане, чем ответить на него. Но одно можно было сказать точно - нельзя самому намекать на то, что произошло. А ведь я теперь могу говорить, что целовался с кем-то. Усмехнувшись собственным мыслям, я заметил, что Том уже уснул, при этом, совершенно также продолжая обнимать меня за талию. «Ох, если всё вспомнит, я ему завтра устрою» - была моя последняя мысль перед тем, как я уснул.

Глава 3.

P.O.W. Густав (неожиданно?)

Сегодня у нас будет единый для всей школы экзамен по немецкому. Не очень хочу идти на него, но образование - единственное, что отличает нас от дикарей. Поэтому половины класса точно не будет. Георг заболел (я уверен), Шай пошел на тренировку, важнее которой у него последние два месяца важнее нет (хочет набить морду Тому), что вполне справедливо, особенно когда сам виновник торжества и Минная не придут на экзамен потому, что будут поедать мороженое в каком-нибудь кафе, наслаждаясь обществом друг друга. Остальные мои одноклассники тоже те ещё выдумщики. Что ж, значит, из нашей компании остаются только я, прилежный Билл, старательный Энди (черт, опять получит трояк, застесняется и забудет все перед экзаменаторами, потом реветь будет) и Марк, которому всё сходит с рук, благодаря богатому папе. Отлично...

Через два часа...

Да! Я сдал! На «хорошо»! Неплохо для человека «золотой середины». Билл уже отметился своим «превосходно», Марку по блату поставили «отлично», и остался только Энди. Ура, «9-ый вал» обошел нас стороной. Но я боюсь за людей в аудитории. Не у всех стальные нервы. А если кто-нибудь ещё и засмеется... кошмар! Не избежать тогда мини - Апокалипсиса. Однако Билл, а за ним и Марк, ну и я за компанию, внимательно прислушивались к голосам, которых из-за эха почти невозможно было разобрать. Тут раздался чей-то тихий, но отчетливый, слегка нервный смешок. И, как я и предполагал, через пару секунд из душного помещения принятия экзаменов вылетел Энди. Слёзы струились нескончаемым потоком, а сжатые в кулак пальцы, словно готовы были проткнуть ногтями ладонь. Ужас, у него там и, правда, кровь. Никогда не видел такой выдержки. И это милый светлый мальчуган? Истеричка натуральная, ну не бывает на свете идеалов. Энди взвыл и начал метаться то ли то боли, то ли от смятения из стороны в сторону. Вдруг его взгляд упал на Марка, совершенно спокойно наблюдая за рыдающим Андреасом. Он закусил губу, глядя в какие-то до безумия безразличные глаза своего идеала, и просипел:
- Марк, если я для тебя хоть что-нибудь значу, подойди ко мне. - Между парнями проходил какой-то странный контакт, глаза в глаза, и могло бы даже показаться, что Энди гипнотизирует взглядом своего любимого.
И Марк сделал шаг. Энди шмыгнул носом и, наконец, перестал ранить себе ладони.
- Марк...- уже совсем жалостно протянул Андре.
И тут Билл схватил меня за руку и утащил, бормоча что-то в роде: «Не мешай им, это только между ними...»
Ну вот, опять меня от центра событий уводят. Хорошо, что Билл ещё не знает о своем загульном брате...
- Так, вроде отошли, - Билль вдруг требовательно схватил меня за плечи - и где же Том, этот бездельник?
- Эмм, ну, он гуляет.
- Гуляет? Почему, а точнее, с кем он гуляет? - черт, этот напористый человек сейчас услышит от меня правду...
- Ну, с Миннаей он гуляет. И что?
- С Миннаей? Ах, с Миннаей. Ну, ладно, - как-то безжизненно опустив плечи, Билл бросил мне «спасибо» и, даже не попрощавшись, быстро пошел обратно в сторону аудитории. Что у него там было за дело, я не знал. Но не к добру.

Глава 4.

P.O.V. Том

«- Том, а ну быстро дуй в школу, я разболтал твоему брату о том, с кем ты там гульнул.
- Что? Как? Густ, ты самый ненадежный вареник из всех, кого я знаю!
- Сам вареник. А ведь Билл, между прочим, и работу за тебя сдал письменную, и проект вместо практической части отдал, тоже за тебя,... а ты вот так вот. Он что-то замыслил, и тебе стоит быть настороже. Пока, конец связи, за мной мама приехала.
- Сто...»

Но Густав уже бросил трубку. Чертов Шеффер! Я взглянул на Миннаю.
- Мне нужно идти. - Она понимающе кивнула и, улыбнувшись, чмокнула меня в щеку на прощание. Ну, зачем? Я небрежно бросил ей вслед «Пока» и сам быстро побежал к зданию школы, которое не входило сегодня в мои планы никаким боком. Пускай он будет там, пускай будет там... вот и ненавистное здание. Я вошел в коридор перед экзаменаторской, не смотря на удивленные перешептывания одноклассников, стоявших перед входом. Народу в аудитории не было, но какой-то статный, даже симпатичный мужчина лет тридцати, в дорогом костюме и с тонким, еле уловимым ароматом парфюма сидел за столом принятия экзаменов и мило беседовал с моим братом (нашел, слава богу). Они оба повернули головы в мою сторону лишь тогда, когда дверь за моей спиной закрылась, слегка поскрипывая.
Мужчина был мне слегка неприятен, что-то в нём настораживало, и особенно то, что он держал моего близнеца за руку. Это было более чем странно, и я с нескрываемой неприязнью произнес, пытаясь намекнуть Биллу, что этот человек имеет для него опасность:
- Билл, почему этот мужик (хрен с вежливостью, плевал на неё) держит тебя за руку, и кто он вообще такой?
Мужчина отвратительно оскалился и протянул:
- А ты кто такой, прости? - на что я собрался было нагрубить, прояснив, что являюсь братом-близнецом Билла, но ты незаметно качнул головой и одними губами прошептал: «Не надо». Я возмутился, но покорно ответил под его умоляющим взглядом:
- Я Том, его САМЫЙ лучший друг. Теперь тот же вопрос вам, герр...
- Йост, меня зовут герр Девид Йост. Прошу тебя, Томас, не мешай, видишь, мы с твоим другом беседуем - я со злобой поглядел на ухмыляющегося мужчину, пытаясь не потерять свое небольшое терпение - и потому, иди к себе.
Этот козёл послал меня? Да я без брата никуда не уйду, урод!
- Билл, пойдем - с легкой обеспокоенностью в голосе позвал я, напряженно смотря на, до сих пор, не расцепившиеся руки. Но брат, лишь отрицательно мотнув головой, прошептал:
- Том, иди домой, я скоро приду...
Йост слегка удивился и обратился к Биллу:
- А что, солнце (ЧТО??!! КАКОЕ СОЛНЦЕ?!), твой друг без тебя ничего не может сделать? Тем более, я думаю, мы тут надолго задержимся, поэтому, и впрямь, иди-ка ты к себе, парень, не до тебя.
Билл чувствует, что я свирепею. Ещё один посыл, и этому самоуверенному придурку не жить.
- Что тут, черт возьми, происходит? - я старался задать этот вопрос повежливее, но, видимо, не вышло.
- Том - произнес вдруг Билл каким-то очень странным тоном - Том, не лезь не в свое дело. Уходи.
- Билл, этот гребаный педофил до тебя домогается - в совершенном замешательстве воскликнул я.
- Том, это ты до меня домогаешься, когда руки доходят, - спокойно отрезал Билл. Вот наглый гад! Я треснул по косяку двери от бессилия и жгучей, словно впервые выпитый виски, обиды.
Брат испуганно сжался, а сука, так и не отпустившая руку Билла, лишь злорадно произнесла:
- Что ж, похоже, вам всё-таки придется покинуть помещение.
- А вам - белый свет. - Ярость бурлила во мне, словно проснувшийся вулкан. Я, не глядя на близнеца, совершенно точно зная, что тот начинает паниковать, если я специально не смотрю на него, и прошипел сквозь зубы:
- Сучонок мелкий, быстро подошел ко мне и пошли домой.
И верно, Билл встрепенулся (я видел всё краем глаза) и, словно мотылек, пойманный за крыло, начал жалобно шептать:
- Том, перестань, прошу,... прости, прошу... Том, посмотри - у Билла уже начиналась истерика - Том, нет, Том... - из глаз брата потекли слезы. Я прикусил губу. Сердце истекало кровью от такого. Через секунд пять я не выдержал и посмотрел в глаза своего близнеца. Полные слез, в глубине читается явная обида,... чертыхнувшись, я протянул руки. И Билл, мягко вытащив свою руку из сжатых пальцев ошарашенного сценой Йоста, бросился мне на шею.
***
Мы лежали на диване в гостиной и смотрели телевизор. Билл шмыгал носом и изредка устраивался в моих объятиях поудобней, а я уже практически дремал, думая, как же хорошо с братом, лежать около него, утыкаться ему носом в шею и ни о чём больше не думать. И этот случай со странным мужчиной практически вылетел из головы, оставаясь лишь слегка неприятным воспоминанием...

Глава 5 (пояснение)

Билл встал перед экаменаторами. Он твердо знал свой билет. И тут... встретился глазами с красивым мужчиной, который черезчур внимательно разглядывал его. Билл сглотнул, мужчина вгонял его в краску, но что поделать? Получив высший балл, Билл, как ошпаренный, выскочил из аудитории. Надо успокоиться!
(узнав о Томе и Миннае) Горькая обида и ревность нахлынула на Билла, опутав своими липкими щупальцами выводов. "Ах так? Тогда пойду и познакомлюсь с тем мужчиной, ведь ему что-то от меня нужно". Билл вошел. В экзаменаторской никого не осталось, только тот самый мужчина сидел за столом и собирал свои листы с практическими работами. Отлично! Билл тихо подошел и произнес:
- Здравствуйте, - мужчина тут же поднял глаза на мальчика, оценивающе оглядев, ответил:
- Привет. Ты Билл, единственный, кто получил превосходно и разобрался в теме? - Билл зарделся и кивнул.
- Билл, мне говорили, что ты поешь?
- Да...
- Спой мне что-нибудь.
- Но у меня совсем не тот голос.
- Спой, как сможешь. - Билл спел свою любимую песню, пытаясь не фальшивить, что от волнения давалось с некоторым трудом.
- Браво! Ты не хочешь начать карьеру? Меня зовут Девид Йост, я продю...
- Я вас знаю! В детстве по телевизору видел! - вдруг осенило мальчика. Девид ненавязчиво взял Билла за руку и протянул визитку:
- Здесь мой номер. Подумай.
- Спасибо... у меня есть группа, Devilish. Мы можем прийти все вместе, можно?
- Конечно!
Биллу всё больше нравился этот мужчина, который так тепло отозвался о нем, не то, что Том (Ботаник ты, Билл, причем безнадежный!).
Тут входная дверь скрипнула, и Билл с Йостом обернулись. На пороге стоял запыханный, но Том. Тут же вспомнилась эта противная Минная, то, как Билл всю ночь писал Тому проект, а он свалил с ней погулять... захотелось отомстить чем-нибудь. (Дальше знаете)

Глава 6
Рождественская.

P.O.V. Билл

- Мам, Том опять на тележке катается!
- Томас, прекрати впадать в детство! Пойдемте домой!
- Да он просто сам хочет на ней покататься, а я не даю ему это сде... - жуткий грохот, и перевернувшаяся тележка вместе с Томом терпит крушение в отделе сладкого.
Естественно, что я сразу рванул туда - вдруг с ним что-нибудь случилось? Но, похоже,
первее меня на месте преступления оказался администратор супермаркета.
- Каулитцы, опять вы?! - он злобно оскалился и в какой-то агонии заорал:
- А ну быстро выметайтесь из моего магазина!!! Чтобы ноги вашей здесь больше не было!!!! - я быстро вытащил бедного близнеца из-под коробок с хлопьями и побежал к выходу, пытаясь не рассмеяться. Интересно, он сильно верит в то, что мы больше не увидимся? Том бежал следом, и в ту же секунду, как мы достигли выхода, я заржал (другим словом и не выразишь). Старший протянул мне пятерню, и вот мы уже сидим в машине, а наша мать пытается вразумить, что на Рождество так нельзя делать и что нужно быть добрее и человечнее к бедному герру Хендрису, который выгоняет нас в 17 раз. Но что поделать, если мы такие хулиганы? Я хитро подмигнул брату, и тот незаметно кивнул в ответ.
- Мам, мы больше не будем - хором, с совершенно одинаково жалостливыми лицами возвестили мы. Она сразу же оттаяла и, улыбнувшись в духе «Мы, по крайней мере, успели купить продукты», подъехала к дому.
- Побежали наперегонки? - весело крикнул Том, выбегая из машины.
- А побежали - таким же тоном согласился я, через несколько секунд победно прыгая на пороге.
- Том, признай, что я победил!
Брат ласково посмотрел на меня и кивнул:
- Конечно, ты победил.
Я удивленно взглянул на него. Том признает, что я обыграл его? Странно.
- Том, ты чего? Ты, правда, признаешь, что проиграл мне?
- Да. Мне нравится быть побежденным. Тобой, - черт, он заставляет меня краснеть. Эта непосредственность, с которой он делает... такие... э... комплименты, просто убивает.

Через час по всему дому уже витал сладкий аромат маминого пирога и запеченной курицы. Но сначала - в ванну. Это традиция. С Томом. Чтобы мама не знала. Сам не знаю, как это вообще появилось - мыться на Рождество в ванне с братом. Просто в семь лет помылись - и в восемь, и в девять.... Взяв махровое полотенце и халат, я позвал близнеца. Он, видимо, уже сидит в воде. Я вошел в помещение, закрыв его на замок. Мама будет недовольна, если узнает. Хотя, что в этом такого, не понимаю - мы же братья. Тем более не просто родные, а близнецы. Но не думаю, что она поймет. Пускай лучше думает, что мы тут дурачимся. Это логичнее.
Том и вправду сидел в нашей ванне-джакузи, которая практически наполовину была заполнена пеной. Я собрался было снять халат, как вдруг какое-то странное чувство во мне заставило произнести:
- Том, не смотри на меня. Отвернись, - брат фыркнул «А чего я там не видел» и с явным недовольством отвернулся. Я быстро снял с себя единственную прикрывавшую моё тело вещь и залез в теплую воду. Кайф...
- Всё, можешь смотреть.
Том повернулся и дунул на меня пену, которая тут же разлетелась, осев у меня на носу и плечах. Я хихикнул и дунул в ответ, чтобы он не загордился. Завязалась бойня. Такая белая, легкая, словно пушинка, но бойня. После которой хочется расслабленно откинуться на бортик джакузи и помолчать. Просто чувствовать теплую воду и смотреть на слегка приглушенный свет лампочек, которые во множественном количестве были вставлены в потолок....
От нечего делать я вытянул ногу и лениво провел подушечками пальцев по груди Тома. Тот находился в таком же положении, что и я, потому лишь довольно вздохнул и прошептал:
- Билл, тут так хорошо, да?
- Да... Том, а как ты думаешь, это правильно?
- Нет. Но кто сказал, что мы соблюдаем каноны общества? Тем более, в этом ведь нет ничего особенного. Подумаешь, моемся вместе... вот если бы мы с тобой в этом джакузи целовались...
Голова мгновенно нарисовала картинку. Стало не по себе, я почувствовал, что краснею, как рак, и потому ещё больше зарылся в пену. Что-то не так... картинка эта была овеяна легкой дымкой, но очертания были ясны. Начало легко тянуть в низу живота. Я ошарашено пытался понять, о чем продолжал говорить мне брат, но слышал лишь слова «вот если бы мы с тобой в этом джакузи целовались...». Наконец я услышал, что Том говорит:
- Ох, всё, сейчас у меня жабры вырастут, честное слово. Я пошел в душевую кабину, а ты тут давай мойся, окей?
- Х-хорошо, - я кивнул, пытаясь не выдать своё странное состояние.
Близнец начал вставать, и я мгновенно зажмурился. Вот дверца кабинки с легким шуршанием открылась. Мне показалось, или она уже закрыта? Я открыл глаза и тут же уставился на обнаженную фигуру брата, который взял с полочки шампунь и собрался зайти в душевую. Я сдавленно охнул. Да что со мной такое?? Быстро закрыв шторку, я встал и включил свой душ, чтобы не слышать и не видеть брата, который... так близко... я шмыгнул носом. Что происходит со мной? Не понимаю...

Мы сидели всей семьей у камина и смотрели в огонь, где так весело потрескивали дрова. Мама рассказывала о своей выставке, Том шуршал шоколадкой, прижимая меня к себе, а я пытался понять, почему у меня встает на родного брата и почему все его действия в мою сторону кажутся чем-то необыкновенно прекрасным. В кармане джинс лежала визитка герра Йоста. Мы ему позвоним, хочет этого Том или не хочет. Мы будем услышаны...

Конец 1-ой части. Вторая после комментариев *_*