Улыбнулся, наливая масло на сковородку. Поставил разогреваться на плиту и через несколько секунд кипящее масло начал брызгаться.
-Тьфу ты, блядь
Выругался, когда попало на лицо. Быстро закинул мясо и, сделав шаг назад, чуть ли не упал на Билла.
-Да черт бы подрал эти мизерные габариты.
Прошипел, стряхивая с джинсов какую-то белую муть.
-Не рожден я для готовки.
Наигранно-горько усмехнулся.

-Думаю, даже получше, чем готовить
Усмехнулся
-А что?

-Только ради того, что бы не поджечь дом
Усмехнулся и пошел, взял гитару, сел на диван. Давно не брал в руки этот инструмент, пальцы отвыкли, но появилось сладкое чувство ностальгии. Провел пальцами по струнам на грифе, настроил и стал думать, что сыграть. На ум пришла одна старая песня группы Seether, медленная композиция. Начал играть ее, перескакивая с аккорда на аккорд, следя за этими движениями взглядом. Полностью углубился в игру, и непроизвольно напел лишь несколько строчек из куплета
-...We could have been so good together,
We could have lived this dance forever,
But now who's gonna dance with me,
Please stay...
Слова, которые и так терзали душу в последнее время, но музыка их словно излечила, и не было так больно.

Посмотрел на Билла, доиграв последние секунды и поджал губы.
-Так, надо что-нибудь повеселее.
Попытался вспомнить табы какой-нибудь веселой детской немецкой песенки, но не получилось. Поэтому решил спеть быструю, заводную песню, и на ум пришла песня Murderdolls  "I Love To Say Fuck", в рок-н-рольном стиле.
-Эх, а когда-то я эту гитару из рук вообще не вынимал.
Улыбнулся, проведя по ней взглядом.

Откинулся на спинку дивана, широко расставив колени и придерживая одной рукой гриф гитары.
-А кто там у вас тексты писал?

-Ну сбацай, маэстро.
Скрестил руки на груди, вальяжно распластавшись на диване и обратив заинтересованный взгляд на Билла.

-Жалко мурку не сыграл.
Усмехнулся, забирая гитару и ставя ее на место.

Обнял парня за талию.
-Все зависит от напарника по танцу. Вот вчера была Элиза и танец был дрянной.
Пожал плечами.

Положил ладонь на шею Билла, заставляя его смотреть себе в глаза. Выпрямился.
-Я богат, детка. Человеку моего элитного статуса непристойно не уметь танцевать классических танцев, которыми кишит каждая приватная встреча вершин общества.
Хохотнул, процитировав самого себя, и откинулся снова на спинку. Так говорил раньше постоянно, пытаясь соблазнить очередную красавицу, которая в силу внешность Тома не была уверена в его способностях.